Носители

Пандемия свиного гриппа и примкнувшего к нему гриппа обычного, усердно поддержанная фармацевтами всего мира, которым вдруг улыбнулось сказочное счастье сбыть астрономические запасы арбидола, ремантадина и тому подобных препаратов, весьма оперативно нашла себе отражение на киноэкране. Испанцы братья Алекс и Дэвид Пастор Вальехо, сократившиеся в США до простого и глубокозвучного Пастор, быстро придумали подходящий сюжет, в котором почти все население планеты наскоро вымирает от некой гриппообразной заразы, не имеющей в фильме подробного научного объяснения. Как гласит краткий, но емкий девиз картины: «Заражен – значит мертв».

Вообще говоря, в последние четыре десятилетия вирусы настолько регулярно становились главными киногероями, что пленкой с их участием можно было бы запросто инфицировать пол-Галактики. Перед братьями Пастор встал традиционный выбор: либо увеличивать градус физиологического ужаса, заставляя кровь в буквальном смысле кипеть в кадре, либо заняться извлечением этических уроков из того хаоса, который обычно порождается победами бойцов невидимого фронта, то есть разнообразных микроорганизмов. Братья Пастор выбрали второй путь, и, разумеется, правильно сделали, потому что смотреть в шестьсот шестьдесят шестой раз на наваристое шкворчание заживо гниющих и обливающихся кровью особей нет уже решительно никакой возможности: зрительский желудочно-кишечный тракт грозит в таком случае разрешиться от бремени сразу в обоих направлениях. Собственно, во второй половине «Носителей» этический накал, тщательность драматургической проработки и эмоциональная пронзительность достигают весьма высоких степеней. Смертельный моральный конфликт двух братьев (Каин должен был совершить зло, сделать, так сказать, грязную работу, чтобы Авель остался чист перед собою и перед Господом), конвульсивные воспоминания о стадионном захоронении полуживых людей, спасение тех, кто окажутся, благодаря этому спасению, чужими и ненужными друг другу, – все здесь сработано практически безукоризненно и в плане атмосферы, и в плане изображения, и в плане смысла. Однако братья Пастор все-таки совершили одну немаловажную тактическую ошибку: бульдозер нравственности, перекапывающий души героев, следовало запускать с самого начала. Традиционная в сагах про вирусы и маньяков компания «молодых и веселых» слишком долго «раскачивается» в своем утлом авто, неэкономно расходуя зрительское время на сверхбанальные шутки, приличествующие сюжетным клише. Даже зараженная маленькая девочка не вполне приводит в чувство картину происходящего, которая, правда, неуклонно развивается: порядком приевшиеся остроты постепенно сменяет философический черный юмор (надпись на бензозаправке: «Майк умер. Встречаемся у Папы»; плакат на стене вымершей школы: «Career Day» («День карьеры»), обыгрывающий название фильма – Carriers), а усыпление больных детей и перестрелка с христианками, вывесившими на лобовом стекле металлическую рыбку (традиционный символ Христа), задают интриге искомый вектор. То, что начиналось как смягченная вариация на темы очередного Зомбиленда, почти мгновенно перепрыгивает через стадию романа воспитания и становится драмой отчуждения и отчаяния. Ни любовь, ни дружба, ни братские отношения не возможны в принципе, и вирус в данном случае – лишь простой индикатор, злобно подмигивающая красная лампочка в комнате, где страдают более страшной болезнью, нежели телесный недуг. 

Vlad Dracula

Опубликовать В Мой Мир

Мнение редакции киноафиши не всегда совпадает с мнением автора рецензии.