В свое время у автора данного текста была довольно оригинальная мечта: собрать вместе Шварценеггера, Вина Дизеля, Жан-Клода ван Дамма, Дольфа Лундгрена, Сильвестра Сталлоне, Дуэйна Джонсона и предложить им разучить в лицах сценарий, состоящий исключительно из бесед на тему кантовской «Критики чистого разума» или, допустим, «Мира как воли и представления» Шопенгауэра. В случае успеха предприятия (а подобное предприятие не может не завершиться успехом) и интеллектуалы, и любители крутого экшен оказались бы в равной степени оскорблены, а следовательно, искомый художественный эффект был бы достигнут.

Но пока Вин Дизель снимается лишь в фантастических и автобоевиках вперемежку с детскими комедиями про гувернеров-спецназовцев, да и остальные фигуранты первого абзаца не торопятся разнообразить собственные амплуа. Четвертый «Форсаж» немногим отличается от предыдущих частей цикла, начатого когда-то Робом Коэном, теперь уже практически ветераном голливудского жанрового кино. Та же хитровато-плутовская беличья мордашка Вина Дизеля, тот же хип-хоп, такие же полуголые девицы, соперничающие в округлости и упругости форм с 240-ми «ниссанами», те же бесконечные автогонки с большими взрывами и нитрометановыми ожогами почвы. Разумеется, режиссер Джастин Лин не смог устоять перед соблазном и – в полном соответствии с заветами незабвенного Ллойда Кауфмана – оснастил первый же ночной клуб парочкой сочно целующихся лесбиянок. Также в ассортименте представлены угон бензовозов в Доминиканской Республике, прыжки из окон за густо татуированными парнями и утонченный народный юмор: «У тебя пачка денег больше. – Да у меня вообще всё больше».

Конечно, первые четыре и последующие двадцать восемь «Форсажей» делаются исключительно для мальчиков всех возрастов, еще не наигравшихся в машинки, и делаются при этом по образцу компьютерных догонялок, поскольку в реальности автомобильные сюжеты происходят не по рецепту «Форсажа», а по рецепту «Пункта назначения – 2». Однако вместе с мальчиками в кино ходят еще и девочки, приданные кавалерам в качестве второй половины, а девочки в большинстве своем не слишком-то охочи до однообразных нитрометановых погонь. Поэтому авторы четвертого «Форсажа» решили включить в дело побольше любовных линий и сопутствующих нежных чувств. Герой Вина Дизеля, лукаво прищуриваясь, вдохновенно рассуждает о том, что глаза настоящей женщины должны смотреть в самую душу и что она, настоящая женщина, должна быть на двадцать процентов ангелом, а на восемьдесят – дьяволом. Тут, конечно, следует заметить: двадцати процентов ангельского наполнителя, особенно если учесть все нюансы скоростной наркокурьерской доставки, как-то многовато – достаточно будет и пяти. Но что поделаешь – романтика… Не турбонаддувом единым жив человек, не одним лишь ворованным бензином из Доминиканской Республики и первоклассным коксом из Латинской и Южной Америки, – его, человека, высокооктановая душа и пламенный мотор, который вместо сердца, требуют, чтобы в глаза смотрела двадцатипроцентная настоящая женщина. Или восьмидесятипроцентная, – это уж кому как больше нравится. 

Vlad Dracula

Опубликовать В Мой Мир

Мнение редакции киноафиши не всегда совпадает с мнением автора рецензии.